Идеологическая вертикаль власти

01 ноября | 2023

Как российское государство внедряет репрессивную систему в образование.

Дмитрий Дубровский

 

Фото: К концу 2023 года в российских университетах складывается заметная структура политического контроля и репрессий. Photo by Khara Woods on Unsplash

 

На фоне идеологизации, милитаризации и в конечном счете – деинтеллектуализации российского высшего образования и науки ученые продолжают скрытое, но активное «сопротивление слабых».

В ответ на это российский режим не просто усиливает репрессии, но и выстраивает новую систему политического и идеологического контроля над российскими вузами.

 

Британская разведка заинтересовалась российскими вузами

Согласно сообщению британской разведки (октябрь 2023), российские вузы получили прямые указания из Министерства науки и высшего образования «избегать в процессе обучения любых негативных обсуждений политических, социальных и экономических процессов в России».

Это сообщение только на первый взгляд кажется удивительным. Действительно, российские университеты сами по себе нечасто попадают в поле зрения разведки. Однако последние события заставляют лучше понять, почему британская разведка вообще заинтересовалась состоянием академической свободы в российских вузах.

Похоже, российское государство наращивает прямой идеологический контроль над вузами.

 

Еще одна вертикаль

Смысл такого контроля – своего рода идеологической вертикали власти – формулируетcя открыто:

«В условиях глобального идеологического противостояния роль воспитания становится вопросом выбора подрастающих поколений и выживания государства. Понимание этого легло в основу формирования воспитательной экосистемы от школы до университета. Сегодня она включает проект «ДНК России», обновленные курсы и учебники по истории, курс «Основы российской государственности», советников по воспитанию, проректоров по молодежной политике и воспитательной работе и другие элементы. Таким образом, на всех этапах взросления молодого человека закладывается канва гражданственности и патриотизма…»

В этом перечне присутствуют именно те элементы, которые мы уже отмечали как существенные идеологические новеллы российского высшего образования – прежде всего, проект «ДНК России», курс «Основы российской государственности».

Интересно, что среди принципиальных элементов этой новой системы идеологического контроля названы также и проректоры по молодежной политике и воспитательной работе.

 

Откуда исходят угрозы

Представления государства о масштабах угроз в учреждениях высшего образования хорошо видны на примере истории, случившейся еще в 2020 году.

Тогда прокурор Никулинской межрайонной прокуратуры города Москвы отправил запрос в Российскую академию народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ (РАНХГНиС). Как справедливо указал профсоюз «Университетская солидарность», помимо запроса на поиск «антироссийских сил», «проамериканских групп влияния» и прочих «врагов», привычных для российского авторитарного государства, в нем указан еще ряд активностей, которые даже по репрессивному российскому законодательству не являются нарушениями. Они включают, например:

  • подготовку наблюдателей на выборы,
  • инициативы по изменению законодательства,
  • продвижение либеральных и демократических ценностей…

По мнению сотрудников прокуратуры, такая деятельность должна вызывать подозрение у университетского начальства и ответные действия по «искоренению».

 

Кто защищает от академических «врагов»

В российских вузах функции контроля традиционно выполняли проректоры по безопасности. В последнее время к их привычным функциям защиты государственных тайн и секретов добавились политическая цензура и репрессии.

Некоторые ключевые вузы давно находятся под прямым контролем ФСБ – это признают люди, знакомые с ситуацией, например бывший сотрудник НИУ-ВШЭ Андрей Яковлев. Недавно этот контроль перешел от службы экономической безопасности ФСБ к департаменту «защиты конституционного строя и борьбы с терроризмом».

Доказательства активного вмешательства ФСБ в жизнь российских университетов всплывали и раньше – прежде всего через тех самых «проректоров по безопасности».

  • В истории с увольнением преподавателя Петрозаводского университета политолога Глеба Ярового непосредственное участие принимал именно такой проректор, ответственный в ПетрГУ за контакты с «органами».
  • Другой пример такого вмешательства в академические дела – история увольнения петербургского историка Михаила Белоусова, в которой особо отметился проректор по безопасности СПБГУ Грязнов. Он собственноручно отправил в правоохранительные органы заявление на преподавателя, критически настроенного к войне.
  • Не менее ярко выглядит позиция проректора НИУ-ВГЭ А.С. Кошеля, который лично подписал приказ об увольнении преподавателя Ильи Инишева за якобы «совершение аморального поступка».

Складывается впечатление, что чуть ли не основным репрессивным механизмом в отношении академических диссидентов являются именно такого типа проректоры. Неслучайно в заместители к ним идут сотрудники политической полиции – т.н. «отдела по борьбе с экстремизмом». Так произошло, например, в СПБГУ, где бывший глава СПБ отдела «Э» Олег Шайдулин, известный петербуржским активистам, выйдя на пенсию, стал заместителем проректора СПБГУ по безопасности.

 

Кто следит за студентами

Что касается студентов, долгое время репрессии в отношении них проходили через аппарат ректората или даже через Этические комиссии.

Как представляется, летом 2022 года ситуацию решили изменить кардинально, введя сразу две разные институции, которые должны теперь отвечать за «лояльность и патриотизм».

 

Проректоры по молодежи

В конце октября в Ереване на конференции по академической свободе исследовательница из Европейского университета в Санкт-Петербурге (ЕУСПб) Дарья Геращенко сделала доклад о проректорах по молодежной или воспитательной работе – этот пост был введен в июне 2022 года в качестве обязательного для всех вузов.

Сравнение научной активности разных проректоров, проведенное Геращенко, показывает: например, показатель международных публикаций ниже именно у проректоров по работе со студентами и/или молодежной политике (в ряде случаев эти посты существуют в одном вузе одновременно). Эти показатели в среднем даже ниже, чем у проректоров по безопасности, которые, как правило, мало активны в научно-исследовательской области.

Эти данные позволяют сделать вывод о том, что на позицию проректора по молодежной работе попадают наименее ценные с профессиональной точки зрения кадры.

Одновременно, таких проректоров очень мало в вузах, где готовят кадры для силовых ведомств – МВД, ФСИН, ФСБ. Можно предположить, что к таким вузам у государства больше доверия. Традиционная же система нуждается в большем, по мнению государства, идеологическом и политическом контроле.

 

Центры гражданской позиции

Параллельно в российских вузах появился дополнительный репрессивный орган, который по привычке притворяется органом превенции. Речь идет о создании «координационных центров по вопросам формирования у молодежи активной гражданской позиции, предупреждения межнациональных и межконфессиональных конфликтов, противодействия идеологии терроризма и профилактики экстремизма».

С 2021 года такие центры создаются в каждом субъекте Российской Федерации. По официальной информации, центры должны мониторить не только активности, перечисленные в их длинном названии, но и «информационные вбросы» и «распространение дезинформации».

Учитывая военное время, центры «профилактики экстремизма» в реальности будут гражданской версией отделов по борьбе с экстремизмом, расположенными в главном университете региона.

В стандартном Положении о Координационном центре есть ключевой пункт: «организация работы по профилактике вовлечения молодежи в организации и общественные объединения деструктивной направленности».

Современная российская власть таковыми считает любые не контролируемые государством группы – от скинхедов до сторонников Навального, от футбольных болельщиков до последователей новых религиозных движений. Все они, согласно официальному мнению, являются объектами «профилактики».

В то же время утверждение о необходимости «мониторинга дезинформации» прямо указывает на еще одну активность таких центров – мониторинг социальных сетей студентов и преподавателей с целью поиска «дискредитации вооруженных сил РФ» и «фейков».

 

* * *

К концу 2023 года в российских университетах складывается заметная структура политического контроля и репрессий. Она включает в себя

  • проректоров по безопасности,
  • проректоров по молодежной политике,
  • в крупных региональных вузах – Координационные центры – «отделы Э» для университетов, которые должны отвечать за состояние дел во всем регионе.

Цель подобной конструкции очевидна – усилить идеологический и политический контроль над преподавателями и студентами российских вузов в преддверии президентских выборов 2024 года и в условиях военной агрессии в Украине.

 

Дмитрий Дубровский – кандидат исторических наук, исследователь факультета социальных наук Карлова университета (Прага), научный сотрудник Центра независимых социологических исследований в США (CISRUS), профессор Свободного университета (Латвия), ассоциированный член Правозащитного совета Санкт-Петербурга

You May Also Interested

0 Комментариев

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

49 − 42 =