Наука международных коллабораций

13 октября | 2023

Переориентация российской медицинской науки на новых партнеров, вероятно, будет означать изменение качества.

Екатерина Дьяченко, Юрий Агафонов, Катерина Губа

 

Фото: Роль международного сотрудничества как драйвера российских медицинских публикаций топового уровня сложно переоценить. Photo by National Cancer Institute on Unsplash

 

Чтобы понять последствия вооруженных действий России в Украине для российской науки, нужно оценить ее достижения к началу 2020-х годов.

Развивалась ли российская наука так, чтобы преодолеть негативный эффект от масштабной эмиграции ученых и разрыва отношений с российскими институциями? Этот ответ будет различаться для разных научных областей. Логично ожидать значительных трудностей для тех наук, в которых научный рост был тесно связан с международным сотрудничеством.

Мы использовали наукометрические инструменты для оценки вклада российских медицинских исследований в мировую науку и обнаружили, что заметный рост публикаций за последние годы наблюдался во многом за счет международного сотрудничества.

Подробнее об исследовании можно прочитать в отчете “Интернационализация российской медицинской науки (2010–2020 годы)”.

 

Достижения медицинской науки к 2020 году

С 2010-х курс российской науки на интернационализацию декларировался на государственном уровне и был поддержан рядом инструментов на практике.

Для российских ученых радикально расширились возможности международной академической мобильности, общения с зарубежными коллегами, знакомства с зарубежной научной литературой. В управлении наукой стали популярными наукометрические индикаторы, рассчитываемые по международным научным базам. Это создало дополнительные стимулы для российских ученых публиковать свои результаты в зарубежных журналах.

Эти усилия имели свои результаты. Наш анализ показал: доля публикаций в зарубежных изданиях – от всех публикаций российских ученых в медицинских журналах – выросла с 6% в 2011 г. до 20% в 2020 г. Однако, поскольку большинство стран наращивает публикационную активность, Россия не стала занимать более заметное место на мировой карте медицинской науки.

Давайте сравним вклад России в мировой поток медицинских публикаций с некоторыми другими странами.

Мы специально выбрали страны, ученые которых при публикации в авторитетном международном журнале сталкиваются с языковыми, культурными и финансовыми барьерами – так же, как и исследователи из России. По сравнению со странами БРИКС, Турцией и Ираном вклад России в абсолютных значениях является небольшим и сопоставим с ЮАР.

Количество российских медицинских публикаций в сравнении с другими странами (по данным Web of Science), 2010-2020
Доля российских медицинских публикаций в сравнении с другими странами (по данным Web of Science), 2010-2020

 

Однако рост количества публикаций российских ученых в зарубежных журналах не привел к существенному повышению «качества» публикационного потока. Доля публикаций в высококачественных журналах (первого квартиля) в 2010–2020 гг. составляла примерно 30% от общего потока и мало менялась на протяжении всего периода.

При этом статьи российских авторов намного чаще – в сравнении с другими сопоставимыми странами – выходят в журналах 4-го квартиля (почти 50%).

 

Драйвер роста – международные коллаборации

Каким образом российским медикам удалось увеличить количество публикаций, в том числе в лучших зарубежных журналах?

Этот рост во многом объясняется международным сотрудничеством. Если в 2010 г. около трети публикаций российских авторов в зарубежных журналах были написаны в соавторстве с зарубежными учеными, то к 2020 г. эта доля выросла до 50%.

В журналах же первого квартиля 70% публикаций российских авторов в 2020 г. включали зарубежных соавторов.

При этом в таких международных коллективах российские авторы только в 25% случаев играют основную роль – являются главным/ответственным автором (corresponding author). То есть в подавляющем большинстве статей, написанных международными командами, главные авторы — ученые из других стран.

Те же результаты обнаруживаются, если рассматривать статьи, публикуемые в самых престижных журналах. К примеру, в журнале The Lancet за рассматриваемый период была опубликована только одна «чисто российская» статья. Это получившее широкую известность исследование ученых Национального исследовательского центра эпидемиологии и микробиологии имени Н. Ф. Гамалеи о безопасности и иммуногенности вакцины «Спутник V».

Чаще всего зарубежные коллаборации формировались с учеными из США, Великобритании, Германии, Франции и Италии —странами-лидерами в производстве медицинского знания. До 2020 г. число совместных публикаций с каждой из них постоянно росло. К концу периода международные связи с этими странами воплощались в сотнях ежегодно публикуемых научных статей.

Насколько такое положение вещей специфично именно для российской науки?

Сопоставление данных по нескольким странам помогает ответить на этот вопрос. Мы включили в анализ следующие страны: США, Великобритания, Китай, Германия, Франция, Италия, Канада, Япония, Австралия, Бразилия, Индия, ЮАР, Турция и Иран.

Сопоставимо высокая доля международных коллабораций в публикациях Q1 наблюдается только у ЮАР. Выделяется на фоне общей тенденции Китай с его низкой и продолжающей уменьшаться долей статей в международной коллаборации.

Таким образом, можно сказать, что хотя пример России и не уникален, в высококачественных публикациях российских авторов доля международных коллабораций – одна из самых высоких.

Роль международного сотрудничества как драйвера российских медицинских публикаций топового уровня сложно переоценить.

Доля публикаций с международным соавторством в общем числе публикаций страны в журналах первого квартиля, по данным Web of Science

 

Что будет дальше?

В свете такой большой роли международных коллабораций следует ожидать, что в ближайшие годы мы можем увидеть падение числа российских публикаций в авторитетных медицинских журналах.

Важно подчеркнуть, что в международных коллаборациях стран—основных партнеров российских ученых совместные статьи занимают крайне низкую долю. Наблюдается асимметрия в паттернах коллабораций. Многие страны—лидеры в производстве медицинского знания (США, Великобритания, Германия и Франция) являются значимыми партнерами для российских авторов. Однако для самих этих стран доля коллабораций с Россией незначительна.

К примеру, доля коллабораций с США в массиве российских публикаций в 2020 году составила 36% — тогда как в том же году доля коллабораций с Россией в массиве статей США составила только 1,4% (доля подсчитана от всех статей по медицинским наукам в соавторстве).

Для этих стран мы не являемся главным партнером.

Возможно, стоит ожидать, что с другими странами, которые в России называют «дружественными», доля совместных статей увеличится. Наше исследование показало, что с такими странами статьи российских ученых выходили чаще всего или в малоизвестных изданиях, или даже в журналах-«хищниках».

Другими словами, переориентация российской медицинской науки на новых партнеров, вероятно, будет означать изменение качества производимого знания.

 

* * *

«Экспресс-снимок» публикационной активности российских исследователей в конце 2022 года уже показал: российские авторы переориентируются на издательства с неоднозначной репутацией (Frontiers и MDPI). Хотя такие журналы и имеют высокие метрики, многие зарубежные исследователи призывают избегать публикаций в такого рода изданиях. За последний год российские авторы нарастили пул публикаций именно в таких журналах. Причем именно в этих журналах российским авторам удавалось публиковать статьи самостоятельно, без участия зарубежных исследователей.

Российских авторов ждут большие вызовы — и в том, что касается развития международного научного сотрудничества, и в проведении исследований высокого уровня собственными силами.

 

Екатерина Дьяченко — научный сотрудник Центра институционального анализа науки и образования, Европейский университет в Санкт-Петербурге.
Юрий Агафонов — научный сотрудник Е-Центра (Фонд «Центр международного образования ЕУСПб»).
Катерина Губа — директор Центра институционального анализа науки и образования, Европейский университет в Санкт-Петербурге.

You May Also Interested

0 Комментариев

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

+ 21 = 27